Первого июля для российских банков настанет момент истины

Первого июля, как известно, для банков настанет "момент истины", когда им придется раскрыть истинные размеры процентных ставок по кредитам, предоставляемым частным лицам. Что и говорить - для большинства финансово-кредитных структур, занимающихся "розницей", это будет далеко не самый приятный момент в истории их деятельности. Однако 1 июля 2007 года может войти в историю как "черный день" не только поэтому, но и потому, что с этого дня вступит в силу новая инструкция Центрального банка России № 254-П "О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам...".

Переоценить значение этого документа и содержащихся в нем требований сложно, пишет издание "Личные деньги". Начать хотя бы с того, что в данной инструкции черным по белому написано, что плохо обслуживаемый долг (то есть просрочка) не может включаться в портфель однородных ссуд. Из таких плохо обслуживаемых долгов должны формироваться особые портфели, а под эти портфели должны формироваться резервы в размере 10%, 20%, 35%, 50% или даже 75%. Объем резервов напрямую зависит от того, насколько "плохим" - то есть, насколько "просроченным" - является долг. Если платежи по нему не поступают в течение 180 дней, банку приходится формировать под него максимальный резерв в размере 180 дней, если речь идет о месячной просрочке, то размер резерва является "щадящим" и составляет всего 10%.

На первый взгляд, может показаться, что ничего страшного такого в инструкции ЦБ нет. Банки, разумеется, должны формировать своего рода страховые резервы под "плохие долги", в противном случае они рискуют в один прекрасный день проснуться и обнаружить, что стали жертвой локального (а, возможно, и общесистемного) кризиса "плохих долгов". На экономически развитых финансовых рынках такие прецеденты уже имели место быть. В России, по мнению экспертов, пока предпосылок для полномасштабного кризиса "плохих долгов" нет, однако, в любом случае, лучше подстраховаться.

Однако для банков такая "подстраховка" может превратиться в неподъемное бремя. Ведь резервы, которые требует формировать ЦБ - это "замороженные" средства, которыми банк не сможет пользоваться. Соответственно, чем больше у него будет "плохих долгов", тем больше резервов придется ему "замораживать". А то, что объемы просрочек будут расти, банкиры не сомневаются: в результате "потребительского бума" многие россияне набирали кредиты, не задумываясь о том, хватит ли у них средств для их обслуживания.

Да и банки были до поры до времени не слишком придирчивы при отборе потенциальных заемщиков. Свою роль, очевидно, сыграют и последние скандалы вокруг процентных ставок по займам: по данным ФАС, клиенты банков все чаще жалуются на то, что их обманули при выдаче кредита, указав номинальную, а не эффективную процентную ставку. Зачем же им платить, если их, грубо говоря, "кинули"?

Кто бы не был виноват, а результат будет один: резервы под "плохие долги" будут расти, а капитал банков в результате будет сокращаться. В ситуации, когда ЦБ ужесточил требования к нормативу достаточности капитала, это - не самая приятная перспектива, потому что в случае реализации наиболее пессимистичного сценария развития событий банк может просто-на просто лишиться лицензии. Понятно, что крупным финансово-кредитным структурам такая опасность не грозит. Зато мелким и средним банкам, в последнее время увлекшимся кредитованием физических лиц, есть над чем подумать.

Подумать стоит и о другом

Новая инструкция о порядке формирования резервов под "плохие долги" вступит в силу одновременно с новыми правилами об указании размеров процентных ставок в кредитных договорах. То есть, после 1 июля банкам хочешь - не хочешь придется пойти на "урезание" ставок: вряд ли они смогут прописывать в кредитных соглашениях ставку в 60-70% по потребительскому кредиту и надеяться, что потенциальный заемщик, несмотря на это, придет и возьмет у них деньги взаймы. То есть, доходность такого бизнеса, как потребкредитование или кредитование по пластиковым картам, уменьшится. А это сделает проблему формирования резервов под "плохие долги" еще более болезненной для банков: когда доходность их кредитного бизнеса достигала 60-70%, а то и 100% в год, можно было позволить себе такую роскошь, как формировать значительные резервы под "просрочку". Теперь же у многих национальных финансово-кредитных структур на счету окажется каждый рубль. К "дочкам" иностранных банков это относится в меньшей степени, хотя бы потому, что у них, в отличие от российских структур, есть возможность заимствовать дешевые средства на международных рынках капитала. Мелким и средним банкам такая перспектива не светит.

Есть ли у банков способ хоть как-то минимизировать возможный ущерб?

Есть, говорят эксперты. Первый путь очевиден: быть более щепетильными при предоставлении кредитов и требовательными при проверке качества заемщиков. Второй - уж если "плохих долгов" накопилось достаточно, продать часть из них специализированным коллекторским агентствам. Понятно, что и такой подход чреват для финансовых структур дополнительными расходами, однако, с экономической точки зрения, он является заведомо более выгодным, чем формирование резервов в тех объемах, в которых настаивает на этом Центральный банк России.