Для туристов Львов весьма удобно "сконструирован". Железнодорожный вокзал - в пешей доступности от центра (ну, правда, минут сорок идти придётся), старый город с большинством ключевых достопримечательностей расположен компактно, новые, спальные районы с безликими многоэтажками стоят на отшибе - за железной дорогой. Даже пара крутых смотровых площадок имеется. Одна - на башне городской ратуши (функционирующей как "гнездо" здешней власти, между прочим) на площади Рынок, откуда замечательно обозревается центр Львова. Другая - на вершине горы в парке "Высокий замок". Когда-то туда забрался князь Данило, место ему понравилось, и там был сооружён настоящий замок. В восемнадцатом веке сиё укрепление разрушили шведы, теперь имеются лишь руины стены у подножия Замковой горы да остатки каменной кладки на её склоне. Зато наверху на постаменте в виде компаса возвышается флагшток, вокруг которого лежит просторная площадка с обзором всего Львова.
Ощущение старинного уюта придают вымощенные булыжником мостовые, обилие зелени (в городе много парков и скверов - понятно, что это "летние" впечатления, зимы тут бывают снежные и холодные) и, конечно, архитектура. Пожалуй, на улицах города можно изучать историю искусства, начиная с позднего средневековья. Не зря ведь именно на львовских улочках снимали любимейший советский фильм "Д'Артаньян и три мушкетёра". И на удивление здорово в этот "ансамбль" камня и зелени вписываются трамваи - основной вид транспорта в центре города (хотя и автобусы тут есть). Перемещаться на трамваях вполне себе удобно, сложности две: первая - найти остановку (они не всегда обозначены), вторая - вспомнить, как пользоваться компостером.
А ещё в выходные дни от Львова усугубляется впечатление туристического места, поскольку здесь ограничивается въезд в центр для тех, кто там не живёт. Мы всё ходили и два дня удивлялись, как же у них мало машин. Ничего, на третий день (а он уже был полноценным рабочим) - поглядели и на плотный поток машин, и на "пробки". Но ни плотность трафика, ни обилие пеших туристов не мешают местным автолюбителям по возможности гонять по улицам сломя голову. Как они это делают по искривлённым мостовым в брусчатке на машинах с обвесом и просто малым просветом - смотреть страшно, а для понимающих ещё и больно. И ещё одна львовская автомобильная "фишка" - парковаться посередине проезжей части. Если на улице вдоль тротуаров идут трамвайные пути в обоих направлениях, а между ними проезжая часть для машин, то вот прям на ней, включив аварийку, и останавливаются. А что - логично. Если встать на рельсах, трамвай не проедет, а так проедут все - машинам же по трамвайным путям двигаться можно.
Мы не строили чётких планов, как распределить время своего пребывания во Львове, действовали больше интуитивно, потратив день приезда на первое ознакомление с центром, а второй - на посещение мест, которые были интересны всем (в первую очередь, Высокого замка). В итоге, и по улицам да паркам побродили, в уютных кафешках посидели, позволили себя нарисовать уличной художнице, в здешние соборы позаглядывали. Последним - несть числа, бернардинский, доминиканский, армянский, бенедектинский, кармелитов и прочая, и прочая. Построенные в одну эпоху, многие похожи внешне, так что неспециалистам их легко перепутать. Сейчас почти все отданы греко-католической церкви, в большинстве своём действующие, но вход в некоторые платный. В конце второго дня мы попали под дождь... Нет, не так. Мы попали под грандиозный, на удивление затяжной ливень с оглушительным громом. В итоге, прятались в подъезде какого-то дома в десяти минутах ходьбы от нашего хостела, но к тому моменту уже успели промокнуть до нитки. Мои кроссовки "досыхали" в третий день уже на моих ногах.
На третий день мы разбрелись "по интересам", чтобы не разругаться, выясняя, кто куда хочет сходить и что посмотреть. Кто-то забрался на ратушу, кто-то дошёл до монументального Лычаковского кладбища. Я по обыкновению побрёл в сторону от достопримечательностей куда-то вглубь обычного, житейского, но всё ещё довольно старого города. Прошёл мимо здешнего пивзавода и университета безопасности жизнедеятельности, чьё здание похоже на настоящий дворец (жаль, фотоаппарат у меня к тому моменту разрядился). Добрёл до разбитого и обшарпанного стадиона СКА, тем не менее красовавшегося афишей чемпионата Европы по спидвею 2010 года. Нашёл весьма выразительный памятник воинам-афганцам... Потом, встретившись в центре с частью друзей, отправился обедать в националистический ресторанчик с автоматчиком на входе, требующим сказать пароль "Слава Украине!", выпить чекушку и, по его утверждению, не пускающему внутрь евреев, коммунистов и москалей. При этом внутри сего заведения, заделанного под партизанский блиндаж (кстати, с отличной кухней), слышна, главным образом, русская речь.
Тут, наверное, самое время затронуть националистическую тему. Затронуть и закрыть. Если вы будете гулять по львовским улочкам, то периодически станете обнаруживать на стенах домов мемориальные доски тех или иных видных деятелей западноукраинского националистического, повстанческого (не знаю, как это правильнее назвать) движения. Если вы зайдёте в самый большой сувенирный магазин на площади Рынок, то едва ли не первым, что вам бросится в глаза (хотя две трети магазина занимают магниты, брелоки, маечки и прочая дребедень), будут футболки с националистическими лозунгами, компакт-диски с аналогичной музыкой, красно-чёрные флажки УПА и т. д. Вот, собственно, и всё. За русский язык на нас никто не бросался: как я говорил, спрашиваешь по-русски - отвечают по-украински, ибо понимают, но толком сказать не могут. Причём у меня даже иногда складывалось впечатление, что местные испытывают большую неловкость от твоего непонимания (или "несразупонимания"), чем ты сам. Честно признаюсь, мы поначалу старались не афишировать, что наша группа прибыла из Москвы, мол, мало ли... Но когда "осмелели", с любопытством обнаружили, что самая распространённая реакция местного населения на случай видеть перед собой русскоязычных из Москвы (то есть, по всем параметрам, москалей - не будут же они разбираться, кто у нас откуда) - удивление. Непривычные они ещё к этому.
Так что, по словам местных, пик антирусских настроений пришёлся на девяностые годы, сейчас народ поцивилизованнее стал. Хотя мы всё-таки разок нарвались... Ну, или чуть не нарвались. Есть в центре Львова площадь Ивана Фёдорова - того самого первопечатника, сбежавшего в эти края от Ивана Грозного. На второй день пребывания мы обнаружили возле памятника сей выдающейся личности развал старого советского добра: книги, пластинки, значки, элементы военной формы. Причём, можно сказать, за смешные деньги. Я не удержался и, вспомнив детскую мечту стать танкистом, купил себе танковый шлем. За 50 гривен, или меньше чем двести рублей "по-нашему". Друг мой тоже не удержался и приобрёл фуражку с советской кокардой. Но я-то в шлеме париться не стал и убрал его в рюкзачок, а товарищ так прям и расхаживал по Львову в советской фуражке, вызывая пристальные взгляды встречных прохожих. В парке Ивана Франко, что напротив здешнего университета, шедший навстречу молодой человек не выдержал: что-то сказал, показал на фуражку, кинул "зигу". Возник напряжённый момент, несколько секунд постояли, глядя друг на друга, но в развитии конфликта, похоже, никто не был заинтересован. Разошлись, но фуражку, посоветовавшись с нами, друг всё-таки решил снять. От греха подальше.
Километраж по львовской земле за три дня мы натопали приличный, отдав предпочтение самостоятельному изучению местности при небольшой помощи карт и путеводителей. Но в первый вечер всё же поучаствовали в обзорной экскурсии по центру Львова - кому интересен такой пункт программы, рекомендую. На площади Рынок нужно сесть в специальный экскурсионный "паровозик" (скорее всего, придётся отстоять очередь из желающих), и примерно час он будет возить вас по центральному Львову, а из динамиков будет звучать рассказ экскурсовода про историю города, происхождение улиц, старые армянские и еврейские кварталы, памятники, знаменитые здания ("А вот в этом доме в фильме про мушкетёров кардинал играл с Д'Артаньяном в шахматы..."). Основной текст экскурсии будет на украинском, но всем желающим предварительно раздадут наушники, в которых на разных каналах будет перевод на русский и другие языки. Причём девушки, отвечающие за посадку в "поезд", терпеливо объяснят, как этим всем пользоваться.
Мы медленно кружили на "паровозике" по Львову, слушали экскурсию. В какой-то момент на одном из поворотов я посмотрел через окно вагончика назад и... увидел за нами хвост из машин! Наш неспешный транспорт собрал за собой нехилую "пробку", и ведь хоть бы один гудок раздался сзади! Никто и не думал подгонять, требовать уступить дорогу, скандалить. Все спокойно плелись за нами, ожидая выезда на более широкую улицу. Нет, там, ей-богу, Европа. Это одна из иллюстраций местного люда, поразившего нас всех на львовских улицах спокойствием, открытыми и светлыми лицами. Почему-то не было во Львове у прохожих столь привычной для мегаполисов и столиц озабоченности на физиономиях населения или, тем более, какого-то надменного чувства собственного превосходства. Может быть, дело в преобладании среди гулявших по улицам молодёжи, но действительно осталось ощущение, что мы провели три дня среди радостных людей. Причём этот весёлый дух тут, похоже, присутствовал исторически. Потому и появились во Львове батяры (ударение на первый слог) - по сути, хулиганы и раздолбаи, ставшие здешней субкультурой. И в начале мая по Львове сначала отмечается День батяра, а потом День города.
И, конечно, не могу не упомянуть о львовских девушках. О, это, знаете ли, тоже явление! Уж не знаю первопричин, наверное, польская кровь так сказывается. И я не буду пытаться рассказать или описать (это удел больших поэтов), а поделюсь только одной мыслью: подоплёка поступков младшего сына Тараса Бульбы мне стала более понятной. Ну, а за иллюстрацией доброжелательного отношения местных мне далеко ходить не надо. Достаточно вспомнить хозяина хостела, в котором мы жили, Игоря, родом из Черновцов, и заселившего нас, когда с местами в городе был дефицит, и сдержавшего обещание после ночи в проходной комнате переселить нас в более комфортную с балконом, и самого двигавшего нам здоровенные двухэтажные кровати. А пока он переписывал данные наших паспортов, мы с ним ещё и про футбол-хоккей "перетереть" успели. И ещё у него была замечательная помощница Наташа, студентка, изучающая арабский (!) язык, при этом владеющая русским, английским и польским, с лёгкостью решавшая мелкие бытовые вопросы, урезонивавшая шумевших ночью пьяных поляков и урывавшая несколько часов на сон, используя в качестве подушки здоровенного плюшевого медведя.
Хостел, расположенный даже и не в доме как будто, а в замке, это вообще отдельное интересное воспоминание. Я впервые обитал в таких забавных условиях. Эти двухэтажные кровати... В первую ночь из-под моего друга на лежавшую внизу девушку стали падать плохо закреплённые доски, а во второй день (точнее - утро), прыгая с такой кровати, я поскользнулся и к испугу друзей шмякнулся на пятую точку. Эти "душевые войны" с соседями, когда поздно вечером на помывку выстраивается очередь из двух десятков человек... И весело было слышать работников хостела, жаловавшихся нам, москалям, что самые тяжёлые и заносчивые "клиенты" - это киевляне. Ничего не напоминает? Удел столиц, не иначе. И общение там было необычное, и люди собирались особенные. Вдруг на второй вечер в хостел вселяются девушки из Москвы, с которыми мы ехали во Львов в одном вагоне, но предыдущую ночь им пришлось провести в другом месте. Вот мы запаляем кальян и под это дело знакомимся с парой клёвых и гиперактивных московских ребят, с коими потом прекрасно проведём время в Одессе. А вот мы все, плюс Наташа и поляк Миша, по уже какой-то совсем советской привычке собираемся на маленькой кухне и обсуждаем всё подряд - от львовских автобусов и названий месяцев по-украински до гибели президента Польши. Когда заканчивается водка, мы переходим на чай, и "сеанс установления польско-русской дружбы" продолжается. "Это первый раз, когда я сижу с русскими, и мы не пьём водку, а пьём чай и разговариваем" - озадаченно выдал Михал, перед тем как пойти спать. Персонажи менялись, но свет на кухне ещё долго не гас. Львовская ночь продолжала открывать людей друг другу.
продолжение следует...
Сергей ЗАХАРОВ, специально для POINT.RU
